Мой день просто полон страхов

Случай 04 · «я не справлюсь» – слова отца, ставшие своими · первая консультация, одна встреча

Женщина, у которой взрослые дети и маленькая внучка. На первую встречу пришла после ночи без сна: думала о том, что сегодня с ней будет и как это пройдёт.

Запрос прозвучал с первой фразы: «просто убрать этот страх, чтобы я могла жить почти без страха». И тут же её оговорка: убрать совсем – этого она не знает, «но мой день просто полон страхов». Страхи названы по именам. Операция и болезнь – страх стоит за месяцы до назначенного дня. Врач и утро наркоза. Поездка на машине в город – «для меня это ужас». И будущее: «что со мной будет? где я окажусь?» – этого страха в молодости не было вовсе, «я просто жила». Где живёт страх, сказано точно: «это в голове, а не в теле». Его размер она показала руками – «очень большой». И чего она ждёт от жизни, сказано тоже: «у меня никогда нет чувства, что будет хорошо».

Что оказалось за запросом. За страхами оказалось одно убеждение. Когда её примеры легли рядом – врач, город, машина, обед для детей, – она сама подтвердила слово, которое стоит под каждым: «я не справлюсь». Влияние этого убеждения на жизнь – «девять, может быть». И тут же источник: «мой отец всегда говорил: ты не сможешь. Ты никогда не сможешь». Это говорилось с детства и до его последних лет, когда она за ним ухаживала. Она его любила, он был очень строгим, и она «всегда хотела всё сделать для него хорошо», а он не сказал «это ты хорошо сделала» ни разу: «он просто молчал». Отсюда вторая линия встречи, названная ею самой: «я и сегодня живу для других, не для себя» и «поэтому я на всё говорю да». И замер, который стоит рядом с девяткой: сколько у вас сегодня свободы? «Никакой».

Утро начинается с прогноза, ещё до самого дня: «получится ли? смогу ли я всё это?» – каждое утро, в котором что-то предстоит. В свободный день страха нет: «встаю, и всё хорошо».

Как шла встреча

• Условия названы до первого вопроса: сегодня возможно всё, хорошее и неприятное; вопросы будут о страхах, и чем точнее внимание к этим чувствам, тем точнее ответит тело; здесь никто не скажет «вы должны» – моя задача посветить на дорогу, идти по ней будет она сама, со своим опытом
• Механизм объяснён до запроса: разум не отличает свою собаку от чужой, он нажимает одну кнопку. Страх – это состояние, не слово: если при мысли о двенадцатом этаже я ничего не чувствую, страха нет. Поэтому работа идёт с тем, что слово «страх» приносит в тело
• Из перечня страхов собрана одна фраза, и она подтвердила её: «я не справлюсь», большими буквами. Влияние на жизнь – «девять, может быть». Книги и «думать позитивно» уже пробовала: «я всегда в той же точке»
• Проба возрастом: назвать свой возраст на пять лет меньше и услышать то же убеждение. «Было бы уже лучше». И разговор сам пошёл к отцу – «ты не сможешь, ты никогда не сможешь» – и к любви к нему: «он был очень строгим»
• Слова отца проверены как слова. «Ты не справишься» – «мне просто грустно». «Ты справишься» – «это было бы хорошо, но он этого никогда не делал», и за фразой – глубокий вдох, который я назвал вслух: такие слова меняют состояние сразу
• Вторая линия: «не могу сказать нет – боюсь, что люди меня не будут любить». Свободы сегодня – «никакой». «Но в этом я сама виновата» – «нет, это не ваша вина». На вопрос «если у меня будет свобода – кого я предаю?» ответа не пришло. Он пришёл иначе: когда рядом представлен отец и фраза «с сегодняшнего дня я свободна от тебя» – «нет, этого я не могла бы ему сказать. Нет, нет, нет»
• Названо вслух, с чем работаем: не со страхом и не с «я не справлюсь» – это слова отца, а не её. «Да, да, так и есть». Её условие перед работой: «хочу быть честной с собой – если ничего не почувствую, так и скажу». Принято: честная обратная связь – то, без чего я не найду другую дверь
• Работа идёт с днём, который она назвала сама, без «страха вообще»: завтра сын с маленькой внучкой придут на обед. «Я готовлю столько лет, я знаю, что умею, – но завтра снова этот страх». Завтрашнее утро изнутри: «так много в голове» – «мне просто страшно, что со мной будет» – «что-то может случиться». Мысль усилена намеренно, и на вопрос, какая ситуация приходит: «я просто вижу сейчас своего отца. Таким, каким он был. Он идёт на меня»
• Всё, что связано с отцом, собрано на одну стену – картины, ситуации, чувства, состояния. На стене «мой отец», «серая, всё серое», и «страх, просто страх». Движения глаз влево-вправо с закрытыми глазами, «мы чистим». Вдох глубже: как теперь выглядит стена? «Стены больше нет». Что вместо страха? «Покой». Покой забран в тело, в каждую клетку: «гораздо лучше»
• После работы – её сон, который она рассказала сама: стена, на которую хочется забраться и не получается, холмы, на которые не выйти наверх. «Я действительно видела отца», как всегда хорошо одетого, в шляпе. Сегодня стену не нужно было преодолевать. Страх закрытых глаз – «что сейчас со мной будет» – на этот раз ушёл; встреча была «почти как наркоз», и она заметила это сама
• Её вопросы после: будет ли это работать потом, всегда? Если состояние возможно на секунду, оно возможно на две, на минуту, на час. Уберу ли я когда-нибудь отца из головы? Не самая простая задача, но и не самая трудная. Труднее всего – научиться жить со свободой дальше
• Предложение сделано после результата и с границей: сегодня я только показал, как это работает, и закрыл – идти глубже за одну встречу, не зная, продолжит ли человек, нельзя, как нельзя разрезать и не зашить. Дальше работа идёт программой, с письменным отчётом после каждой встречи и заданиями, которые проверяют работу делом, а не просят верить. Решение о программе – не сейчас: следующая встреча договорена как отдельная глубокая, после неё она решит

Чего одна встреча не показывает. Устойчивость по одной встрече не проверяется, и это сказано ей прямо: неделя покажет, что из покоя остаётся в обычных днях. Поэтому утро измеряется цифрой, а вечер – одной строчкой о том, что предсказал страх и что случилось на самом деле; первая проверка – обед, на который придут сын с внучкой. «Я не справлюсь» после работы не перемерялось – это недостача встречи, и она записана. Открытым осталось то, к чему подошли и не открывали: отдельные сцены детства, где отец ругался и не выносил слёз; мать, за которую она переживала ребёнком, – «когда у родителей было не в порядке, меня это мучило»; «ребёнок посередине» между двумя сёстрами – «и это так до сегодняшнего дня»; страх перед врачом, операцией и наркозом; утро с его «получится ли?»; и свобода, которой сегодня, по её словам, «никакой». И вопрос, на который на встрече не пришло ответа: если у меня будет свобода – кого я предаю.

Для кого этот разбор

Для практикующего терапевта: как первая встреча с днём, полным страхов, приходит к одной фразе, которая стоит под всеми, и что с этой фразой можно сделать за одну встречу. Видно, как из перечня страхов – врач, машина, гости, утро – собирается одна фраза «я не справлюсь», как она измеряется числом и как у неё находится хозяин; как страх усиливают намеренно, чтобы он сам привёл к источнику; как всё, что связано с источником, снимается одной стеной; и что из этого проверяется потом в обычных днях, а не на словах.

Что внутри

Встреча целиком отдельной частью: с чем человек пришёл, что делали и почему, что изменилось и что он делает после.

Одна встреча, и она не закончена: решение о программе человек принимает после следующей. Клиентка пришла с просьбой убрать страх, а работа повернулась там, где она сама назвала хозяина фразы «я не справлюсь». Стена, на которой собралось всё, что связано с отцом, снята целиком, а не по сценам, и последнее слово встречи принадлежит ей: «стены больше нет». Что из покоя остаётся в обычных днях, покажет неделя с цифрой по утрам, и это сказано ей прямо.

Программа

1. Консультация. Чьи это слова – «я не справлюсь»