Мне страшно за них, не за себя

Случай 05 · в сыне – история, которую она уже прожила с мужем · первая консультация, одна встреча

Женщина, у которой взрослый сын и внуки. Людей рядом, по её словам, немного: «в основном он». На первую встречу пришла с одной фразой о будущем.

Запрос прозвучал коротко: «просто некоторый страх перед будущим». Насколько сильный – цифрой она не сказала: «иногда больше, иногда меньше, смотря по ситуации». И через минуту стало ясно, о чьём будущем речь. Первое, о чём она думает, глядя вперёд, – другие: «мне страшно за них, не за себя», «я всегда переживаю за других». Прежде всего сын: взрослый, «добрейший человек», «но иногда он как ребёнок». «Мне ведь могло бы быть всё равно, он делает это для себя. Но я всё равно переживаю, думаю: это добром не кончится». И картина, которая за этим приходит: «…и потом я останусь одна». Что она хочет изменить в себе, сказано точно: «чтобы я больше не заводилась, когда он поздно вечером приходит домой или звонит мне».

Что оказалось за запросом. Под тревогой за сына оказалась история, которую она уже прожила один раз. Когда сын рядом и всё повторяется, её первая мысль – «о, опять», и насколько близко она это принимает – «много». Сразу следом: «у моего мужа было точно то же самое. И это повторяется снова». О муже она рассказывать не захотела: «мне не нужно рассказывать подробно – потом это только снова поднимается». Тяжёлое время, и одно её слово о нём: «для меня это была катастрофа». На вопрос, что приходит в теле, когда она об этом думает: «меня аж тошнит». На встрече это было названо вслух: то, как мы реагируем сегодня, очень сильно связано с тем, что пережито раньше, и поэтому в сыне сейчас видится и муж.

Будущее видится через то, что уже было: «это добром не кончится». И вечер, когда сын звонит или приходит поздно, начинается для неё раньше, чем он скажет хоть слово: «видишь, я уже завожусь, когда тебя вижу».

Как шла встреча

• До первого вопроса сказано, как идёт работа: сегодня возможно всё; вопросы могут быть неприятными, и чем больше она это позволяет, тем лучше я могу помочь. Страх не уходит по команде – «отпусти этот страх» не работает, потому что он живёт в теле. Поэтому работа идёт на трёх уровнях – тело, чувства, понимание – и в трёх временах: что мешает сегодня, с чем это связано в прошлом и как она хочет чувствовать себя в будущем
• «Страх перед будущим» в первые две минуты стал страхом за другого: «мне страшно за них, не за себя». За сына – и за себя рядом с ним: «…и потом я останусь одна». Её желание о себе – больше не заводиться, когда он звонит вечером
• Под сыном – муж: «у моего мужа было точно то же самое. И это повторяется снова». Подробности она рассказывать не стала, и я не просил: «потом это только снова поднимается». Телесный ответ на одну мысль о том времени – «меня аж тошнит»
• Механизм показан на ней самой. Она выбрала одну ситуацию с мужем – «он пришёл ко мне на коленях и сказал: прости, ты была во всём права». Тело сейчас – «так странно». Движения глаз за моими пальцами, влево и вправо, «чистим», вдох и выдох. Та же ситуация после – «спокойно, да»
• Объяснено, почему так: всё пережитое хранится как картина, наполненная чувством и состоянием, и для чувств нет срока давности. Каждая очищенная ситуация ослабляет связь между прошлым и сегодняшним днём, и прошлое перестаёт стоять между человеком и будущим. Что прячут, не уходит: его носят с собой, как чемодан, и руки заняты
• Названа граница первой встречи: в остальные тяжёлые ситуации сегодня не идём – я показываю, как это работает, и даю немного результата, а глубоко идут тогда, когда известно, что человек вернётся. Разговором чувства не лечат: то, что мы делаем, – лекарство для чувств
• Транс: точка, глаза закрываются медленно и тяжелеют, лестница вниз, шаг за шагом – в прошлое. Муж рядом: «вообще-то почти ничего». Все ситуации с ним: «да, вообще-то я спокойна». К ним присоединился сын: «да, теперь я спокойна»
• Страх проверен там, где он сильнее всего: сын, у которого может становиться хуже, каждый день немного больше. В ответ я предложил ей фразу – «я выбираю свой покой. Мой покой для меня важнее». Ответ тела: «спокойно». Следом – фраза о том, что за свою жизнь сын отвечает сам: «тоже покой»
• Невестка рядом: сначала поднялось другое чувство, ему дали прийти. Затем моя фраза – «я вижу твоё страдание, но это твоя ответственность, не моя» – и «снова спокойно». Покой усилен счётом от одного до пяти, до каждой клетки; на четвёрке – кто бы ни хотел отдать мне свою ответственность, я её не беру
• Первые слова после того, как глаза открылись: «да, теперь всё видится иначе». И сразу объяснение, почему: будущее – это будущее, погода – это погода, а смотрим мы на них через своё состояние, как через стекло. «Да, верно»
• Упражнение для дома сделано вместе, на самой встрече: ладонь, точка, глаза медленно – хотя она сама сказала «я всегда быстрая», – лестница вниз, чем глубже, тем больше покоя. После: «теперь меня клонит в сон», «это более приятное состояние, чем раньше», «просто совсем по-другому». И чуть позже: «по-настоящему легко – так не нужно держать это чувство»
• О программе она спросила сама: «что вы мне рекомендуете – программу, сколько раз?» Рекомендация – как минимум четыре встречи, около месяца, и два пути из трёх: строить новые состояния, как сегодняшний покой, и переносить их в будущее, чтобы жить дальше без усилия. Она решила идти в работу: четыре встречи

Чего одна встреча не показывает. Устойчивость по одной встрече не проверяется. Сила страха до работы числом не называлась – «иногда больше, иногда меньше» – и после работы отдельно не спрашивалась; это задача следующих встреч, и проверка будет в обычных днях: один вечер с сыном, где сначала покой и только потом ответ, и запись, что ответил он. Открытым осталось то, к чему подошли и не открывали: другие ситуации с мужем, которые она носит с собой; невестка, рядом с которой покой пришёл не сразу; страх «…и потом я останусь одна»; её «я всегда быстрая». И вопрос из транса, на который вслух ответа не было: как выглядит моё будущее, если этот покой останется со мной.

Для кого этот разбор

Для практикующего терапевта: как за час от «страха перед будущим» дойти до истории, которая под ним, не заставляя человека её рассказывать, и как первая встреча показывает метод, а не раскапывает всё сразу. Видно, как «страх перед будущим» в первые минуты оказывается страхом за другого, а страх за другого – повтором того, что уже было прожито; как одна ситуация, очищенная движениями глаз, показывает человеку механизм на нём самом; как в трансе покой проверяется рядом с каждым, кто связан с этой историей, по одному; как фраза об ответственности даётся моими словами и проверяется ответом тела; и как первая встреча заканчивается упражнением, которое человек сделал уже на ней.

Что внутри

Встреча целиком отдельной частью: с чем человек пришёл, что делали и почему, что изменилось и что он делает после.

Одна встреча, и она – начало программы, а не всё. Клиентка пришла со «страхом перед будущим», и в первые минуты оказалось, что будущее не её, а сына, а страх за сына – повтор того, что она уже прожила с мужем. Эту историю она рассказывать не стала, и для работы это не понадобилось: одна ситуация, очищенная движениями глаз, показала механизм на ней самой, а в трансе покой проверен рядом с каждым, кто связан с этой историей. Последнее слово встречи принадлежит ей: «теперь всё видится иначе». Что из покоя остаётся в вечер, когда звонит сын, покажут четыре встречи и записи между ними.

Программа

1. Консультация. «Мне страшно за них, не за себя» – когда в сыне видится муж